Читайте также
Суды признали домофонное оборудование, установленное в подъездах МКД, общим имуществом, несмотря на решение общего собрания собственников (ОСС) об установке домофонного оборудования, принадлежащего подрядчику, и за его счет, а также на договор между обслуживающей МКД УК и подрядчиком об эксплуатации и техобслуживании охранно-запирающих устройств (Определение Верховного Суда РФ от 17 июня 2019 г. № 305-ЭС19-7925).
Нужда доказывать свои права на спорные домофоны пришла к подрядчику после того, как его «выселили» из ранее обслуживаемых им домов: управляющая компания решила доверить техобслуживание другой фирме. А домофоны заменять не стали.
Прежний подрядчик, разумеется, возмутился: он потребовал вернуть свое имущество в виде охранно-запирающих устройств в подъездах МКД из незаконного владения нового подрядчика, признать недействительным договор с новым подрядчиком, да еще взыскать с того неосновательное обогащение – то есть ту плату за обслуживание домофонов, которую он уже успел получить.
В обоснование своей правоты он сослался на следующие документы:
— протокол старинного ОСС, на котором было принято решение установить за счет «старого» подрядчика принадлежащее ему домофонное оборудование; принять установленное оборудование на техническое обслуживание;
— договор между подрядчиком и УК, управляющей тем МКД, где было проведено упомянутое ОСС. Договор – на эксплуатацию и техническое обслуживание охранно-запирающих устройств – определяет взаимоотношения между сторонами, возникающие при организации и проведении работ по эксплуатации и техническому обслуживанию охранно-запирающих устройств;
— акт, подписанный УК и подрядчиком, отдельный по каждому подъезду МКД, по разграничению собственности и эксплуатационной ответственности автоматически запирающегося устройства двери подъезда, согласно которому запирающее устройство, смонтированное подрядчиком за счет собственных средств по поручению жителей на основании решения ОСС на двери подъезда в составе вызывной панели, блока электроники, дверного доводчика, электромагнита, блока питания и кабелей электропитания и связи (КСПВ), является собственностью подрядчика;
— карточки учета материала, оборудования в эксплуатации;
— договоры, заключенные с каждым собственником жилого помещения, на оказание услуг домофонной связи.
Однако суд счел, что подрядчик не представил в материалы дела доказательств, подтверждающих установку оборудования (домофонов, электромагнитных кодовых замков) за счет своих собственных средств. А кроме того:
— согласно ЖК РФ, к общему имуществу МКД относится оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения;
— согласно Правилам содержания общего имущества в МКД № 491, в его состав включается внутридомовая система электроснабжения, состоящая, в том числе, из автоматически запирающихся устройств дверей подъездов МКД;
— к тому же, существует региональный акт, регламентирующий порядок организации работ по установке и обслуживанию домофонов. А из него следует, что работы по установке и обслуживанию запирающих устройств и домофонов в МКД должны выполняться с привлечением средств населения, а платеж за установку домофонов взимается единовременно в авансовом порядке — сначала вносится плата, а затем проводятся работы. Общая сумма вносимых платежей на установку и эксплуатацию запирающих устройств или домофонов должна обеспечивать полное возмещение затрат на проведение названных работ;
— следовательно, сделал вывод суд, домофонное оборудование после его монтажа в подъезде МКД утратило свойства самостоятельного объекта права собственности и в силу своего функционального назначения относится к общему имуществу МКД;
— обслуживание домофона является обязанностью УК (самостоятельно либо с привлечением третьих лиц). Стало быть, договор с новым подрядчиком соответствует закону и не может быть признан недействительным. И для взыскания с него неосновательного обогащения тоже причин не имеется.
Решение суда «устояло» во всех инстанциях, а ВС РФ отказался передавать дело на пересмотр в СК ЭС ВС РФ, указав на непредставления доказательств, подтверждающих право собственности истца на спорное оборудование.
